На первый взгляд может показаться, что, уделяя особое внимание Корану, мы тем самым уменьшаем роль Пророка Мухаммада . Однако это не так. Напротив, именно через понимание роли Пророка мы приходим к выводу, что Коран должен оставаться главным критерием при рассмотрении религиозных вопросов.
Пророк занимает центральное место в истории Ислама. Именно через него Аллах передал людям Свое откровение. Без его миссии человечество не получило бы Коран, а значит, не знало бы самого Ислама. Поэтому уважение к Пророку и следование ему являются неотъемлемой частью исламской веры. Вопрос заключается не в том, нужно ли следовать Пророку, а в том, что именно означает такое следование.
Коран неоднократно призывает повиноваться Аллаху и Его Посланнику. Однако сам Коран также объясняет, в чём состоит миссия Посланника. Пророк не говорил от себя в вопросах религии, а передавал то, что открывал ему Аллах:
«Я следую лишь тому, что открывается мне».
(Коран, 6:50)
Поэтому, когда Коран говорит о повиновении Посланнику, он не отделяет его от самого откровения. Роль Пророка состоит в том, чтобы донести Божье послание, жить в соответствии с ним и воплотить его в жизни общества. Именно поэтому невозможно противопоставлять «Ислам Пророка» и «Ислам Корана». Это одна и та же религия.
Трудности возникают позже, когда начинают смешиваться разные уровни источников. Со временем в единое целое стали восприниматься сам Коран, исторические сообщения о жизни Пророка, особенности арабской культуры VII века и последующие юридические выводы различных школ. В результате всё это нередко стало восприниматься как единая и неделимая религиозная система. Однако такое объединение является результатом исторического развития исламской мысли, а не прямым утверждением самого Корана.
В рамках нашего подхода важно различать эти уровни.
Коран является откровением, которое, согласно самому Корану, находится под Божественной защитой:
«Воистину, Мы ниспослали Напоминание, и Мы же его оберегаем».
(Коран, 15:9)
Наряду с этим существует большой корпус ранних исламских сообщений, включая хадисы. Они содержат рассказы о словах, поступках, решениях и жизненных обстоятельствах, которые приписываются Пророку. Эти материалы имеют большую историческую ценность и помогают лучше понимать эпоху возникновения Ислама. Однако они передавались людьми, записывались спустя значительное время после смерти Пророка и оцениваются людьми. Поэтому в рамках нашего подхода они рассматриваются как исторический и контекстуальный материал, требующий анализа, а не как источник, автоматически обладающий тем же статусом, что и Коран.
Именно поэтому мы не считаем правильным отождествлять следование Пророку со слепым копированием каждой детали, содержащейся в поздних исторических сообщениях. Например, из того, что Пророк разговлялся финиками, само по себе не следует, что именно финики становятся обязательной частью религиозной практики для всех народов и всех эпох. Такое действие могло быть связано с доступностью продуктов, климатом и бытовыми особенностями региона. В подобных случаях важно понимать цель поступка, а не только его внешнюю форму.
Этот принцип относится не только к вопросам питания, но и ко многим другим бытовым особенностям жизни VII века. Коран неоднократно подчёркивает, что Аллах создал людей разными народами и племенами:
«Мы создали вас народами и племенами, чтобы вы узнавали друг друга».
(Коран, 49:13)
Из этого мы делаем вывод, что универсальность Ислама заключается не в обязательном копировании культуры одного народа, а в следовании тем принципам, которые Аллах действительно сделал частью религии.
Поэтому для нас следование Пророку означает прежде всего следование тому откровению, которое он передал людям. Исторические сообщения помогают лучше понять, как это откровение воплощалось в конкретных обстоятельствах его жизни, однако они не отменяют необходимости различать между Божественным откровением и человеческой передачей исторических сведений.
Именно такое различение, на наш взгляд, позволяет одновременно сохранить глубокое уважение к Пророку, признать огромную ценность исламского исторического наследия и при этом оставить Коран тем главным критерием, через который оцениваются все остальные источники. Для нас это не уменьшает роль Пророка, а, наоборот, помогает увидеть её именно такой, какой её представляет сам Коран.